Close Sidebar

Картинка профиля Teennews Teennews

teens novelties, theatre, знаешь, интервью,

15.01.2017

«Потвора на Подолі», «Крематорий» — киевляне, которым не понравилось новое здание театра, выстроенное на Андреевском спуске, уже дали этой постройке много разных саркастических прозвищ.

Хотя вообще о вкусах не спорят: кому-то «занятная» новинка пришлась по душе, кому-то – нет. Понятно, что у неё есть противники и сторонники. Это же вопрос восприятия: одним всё модерновое – «самое то», а другим лишь классику подавай.

Так что разговоры об эстетике скандального здания в центре самой любимой всеми городской улицы можно было бы спустить на тормозах. Если бы не другие аргументы, более резкие и весомые, чем споры о красоте.

Например, то, что новое здание – не просто сам по себе домик, а – «встроено» в улицу, у которой есть давно сформировавшийся, исторический и полюбившийся людям стиль. А «новинка» ну никак в него не вписывается. Или то, что постройка, предназначенная для театра, возведена с грубыми нарушениями норм безопасности: ни машиной подъехать, ни противопожарными выходами не воспользоваться, если что. Опасно там будет спектакли смотреть! Разве только — надеяться и верить, что во время спектакля никакого пожара не случится, а иначе кому-то из зрителей наверняка не повезет, уверяют недовольные чёрной коробкой на спуске. 

andriivskyi.descent/

Фото: Громада Андріївського узвозу, fb

Расстраивает киевлян и то, что городские власти ушли в игнор и не обсудили с жителями города обоснованность такой постройки на Андреевском. А киевляне испокон века очень не любят, когда власть не согласовывает с ними городской быт! Но в этот вот раз управители города «не посчитали нужным» это сделать.

bogdan-motuzenko

Богдан Мотузенко, активист, который занимается проблемой нового здания Театра на Подоле

Богдан Мотузенко, один из участников общественной организации «Громада Андріївського узвозу», рассказал нам вчера, 14 января, на одном из музейных мероприятий, что юристы, архитекторы, искусствоведы, и художники, которые вошли в это объединение — люди, в разные времена, постоянно занимавшиеся и проблемами вокруг Гостиного двора, и другими, связанными со столичными зданиями, сейчас оформляют многочисленные обращения в разные органы власти насчет нарушений, связанных с возведением нового здания для театра.

—  А эти учреждения делают в ответ активные «отписки» на эти жалобы. Игнорируя, что происходят многочисленные архитектурные нарушения. Поскольку постройка нарушает ансамбль Андреевского спуска, который является заповедником.

— Какие нарушения?

— Например, выяснилось, что под театром вырыта большая яма. И она будет собирать все воды, создавая опасность разрушения и театра, и всей улицы ниже. Это большая недоработка, которую необходимо закапывать. Еще там есть целый набор урбанистических нарушений. К примеру, здание с таким назначением вообще попросту не может быть на такой улице. Даже если забыть, что Андреевский спуск является памятником архитектуры и частью заповедника, о том, что театр, рассчитанный на такое количество зрителей, должен соблюсти соответствующие нормы пожарной безопасности, эвакуации людей, и должен иметь подъезды, парковки, забыть будет сложнее. Множество театров в мире построены на площадях. И это не потому, что — красиво, а потому, что на площади имеется достаточно свободного места для подъезда к театру.

Киевлянам стало известно, что без обязательных геодезических исследований из-под здания театра строители извлекли около 100 кубометров грунта. И построили под зданием резервуар объемом 80 тонн. Сделано это в оползневой зоне Андреевского спуска, расположенной на лёссовых грунтах, в которых легко образуются сели. То есть, риск, что при образовании сели не только новое здание, но и часть улицы сползет вниз, по мнению активистов, вполне реален. Об этом они сообщили на странице в социальной сети.

— Как же они без геодезии подключат электричество? Это же было бы очень грубое нарушение норм, да? А что еще там не так?

— Объединение киевлян разыскивает четкие архитектурные проекты, по которым возводилось первое здание, и второе, которое реставрировалось. И все технические параметры этих зданий. Государственные институции, относящиеся к департаменту архитектурного строительства, не имеют этих планов. То есть, что строится, по каким параметрам, никто не знает. Театр на Подоле опубликовал на своей странице одну небольшую зарисовку с правками от руки – и это все, что у нас имеется в документированном виде. Конечно, киевляне стараются активизировать общественное мнение. Активисты делают разные акции. Например, когда они обратились в агентство за траурными ленточками, чтобы оформить ими постройку, сотрудники, узнав, что ленточки предназначаются для нового здания Театра на Подоле, сказали, что предоставят их, и денег за это не возьмут.

andriivskyi.descent

Фото: Громада Андріївського узвозу, fb

— А как же договора подряда? Как они строили без них? Что, разве уже и так можно? И вот некоторые жители города интересуются, стоит ли вообще этот архитектурный замысел доводить до ума?

— Дело вот в чем: это все производит впечатление на эскизах архитектурного бюро, которое выполняло проект. Там изображено так, что, будто бы, большая часть фасада, черная часть, сливается с горой. Но это как нарисовали, так оно и сливается. В реальности же, не на картинке, в какое бы время года вы ни пришли, то увидите, что ничего оно не сливается! Эскиз говорит одно, а глаза – совершенно другое. И обсуждать, сливается ли там что-то или не сливается, или что оно «будет увито плющом» — это наивно. Плющ – это в одно время года, в другие времена года – белый снег, зеленые побеги или желтые листья… Зрение сообщает любому из нас, что оно там не идёт, даже просто по эстетическим понятиям.

andriivskyi.descent

Фото: Громада Андріївського узвозу, fb

— Кто и каким образом финансировал это строительство, уже понятно?

— Пытались узнать в разных государственных финансовых учреждениях, сейчас дошли до Государственной казны, — с вопросами, какие средства направлены на функционирование театра. Каждый киевлянин должен знать ответ на этот вопрос, ведь этот театр – коммунальное предприятие, и принадлежит всем киевлянам.

— Есть ли возможности для прекращения строительства?

— Все разговоры о том, что не могут остановить строительство… Есть очень простая юридическая коллизия: этот театр принадлежит городу, и мэр может приостановить строительство своим распоряжением, точка. Просто распоряжение мэра. И, поскольку театр принадлежит городу, мэр может изменить назначение здания или провести расследование. И при этом всем ни город, ни минфин, ни соответствующий отдел КМДА не знают, сколько стоит это строительство, данных нет. А благотворитель там – известная корпорация, которая производит конфеты.

— Можно было как-то избежать всей этой ситуации, недовольств ещё до сдачи здания?

— Все видели черную коробку. Видели, кстати, что есть нарушения, что не было паспорта. Вместо него была схема.

— А вот такие явления: когда активисты в процессе работы вдруг узнают, что какое-либо управление неспособно выполнить свои функции по закону — оттого, что власти уже умудрились ограничить его деятельность какими-то дополнительными распоряжениями?

— Это ситуация, типичная не только для театра на Андреевском спуске, но и для всех памятников архитектуры. Для практически любой стройки. Многие стройки происходят с нарушениями. Сейчас такая экономическая ситуация, что, вроде как, пытаются организовать то, где можно заработать деньги. Это идеальная ситуация для органов власти: они ни за что не отвечают. Ситуация развивается так, как выгодно конкретным людям. Происходит нарушение. Вызывают полицию. Полиция фиксирует нарушение. А потом говорит: мы ничего не можем сделать. Заявление принимается не как по уголовному преступлению, с занесением в соответствующий реестр, а как заявление о нарушении, по которому организовывается расследование.

andriivskyi.descent

Фото: Громада Андріївського узвозу, fb

— Почему властями ограничиваются права таких учреждений, как, к примеру, Управление по охране памятников?

— Чтобы дать возможность недобросовестным застройщикам осуществить то, что они хотят. Зачем застройщику бороться за свое конкретное противоправное деяние, если на законодательном уровне, в Киевсовете, в Верховной Раде можно ограничить формальные возможности органов власти проверять его действия? Это определенного рода картельный сговор, который происходит.

— Может ли, например, появиться общественная организация, которая бы занималась прогнозами, какие здания мы можем потерять в городе в ближайшее время?

— Такие организации и появляются, и существуют, они занимаются этим. Вокруг ситуации с театром люди смогли объединиться, потому что это – нарицательная история в принципе. На самой любимой, на самой символической улице такое здание, которое имеет явно парадоксальную форму…

— Факт свершился, здание построили, киевляне начинают сопротивляться. А вот как быть с прогнозированием подобных проблем с другими стройками, где могут возникнуть неприятности? Ведь тогда их можно было бы предупреждать.

— Существует огромное количество зданий, которые намеренно приведены в аварийное состояние. Это аварийное состояние, по тем или иным причинам, не отслеживается городом, а мы получаем по ним те же самые отписки. Очень часто имеется законодательная возможность изъять здание, которое имеет историческую ценность, из собственности формального собственника. И, если это не доходит до своего осуществления, здания горят или рушатся, и на этом месте строится уже то, что выгодно заказчику. Например, подобная ситуация – со знаменитым Домом со Змеями, с Домом Сикорского на Ярославовом Валу: он уже даже лишен почтового адреса. И в этом положении здание просто-напросто саморазрушается. В Доме Сикорского уже пошла трещина поперек торца. Историческое здание, особняк, в котором можно было бы сделать музей Сикорского, или центр технологий, или культурный хаб, — этого не происходит.

dom_sykorskogo

Дом известного авиаконструктора Игоря Сикорского расположен по ул. Ярославов Вал 15-Б. Когда-то в этом доме знаменитый авиаконструктор сконструировал свой первый вертолет

— Такой подход: забирать старинные здания у общественности города, выводить их из муниципальной собственности – связано ли это с бизнес-процессами? Или же это у власти такое представление о культуре: «искреннее» стремление «осовременить» город модерновыми фасадами за счет уничтожения старых построек?

— В первую очередь, это коммерческий интерес и выгода. Второе: к сожалению, Киев просто маргинализировался. Очень много людей, бизнес-субъектов здесь являются приезжими. Соответственно, для них все это не представляет ни культурной, ни исторической, ни личной ценности. 

— Есть такой стереотип, что у приезжих – исключительно потребительское отношение к городу, и что им нет дела до его исторических или культурных объектов. И всё это сводится к тому, что есть люди, которым все равно, и есть люди, которым не все равно, и они борются за сохранение исторического и культурного наследия столицы, не дают уничтожать и выводить из муниципальной собственности старые здания. Какой должен быть инструментарий, чтобы у людей, которые пытаются отстаивать, всё, наконец-то, начало получаться? Это должен быть правовой инструмент? А то скоро и парки приватизировать начнут… Допустим, Мариинский парк – «частный», представь только.

— Реализуется пошаговая стратегия: от конкретных запросов и конкретных жалоб…

— Но если вы все понимаете, что раньше какое-то управление могло отреагировать на ваши жалобы по закону, а сейчас его функционирование ограничено дополнительными распоряжениями властей, и оно не может толком ничего?

— Тогда претензии уже идут через прокуратуру. Из-за того, что многие функции остаются за властями, но не реализуются. Значит, уже – жалобы в прокуратуру, судебные иски. А с другой стороны – законодательные инициативы. Например, слушания по театру на Подоле в Верховной Раде. И там были предложены совершенно конкретные законодательные инициативы: возобновление практики общественных слушаний, внесение нормативов в законодательные акты. То есть, возвращение, хотя бы, тех юридических оснований, которые работали раньше, для того, чтобы община города могла влиять на все эти процессы с застройкой и перестройкой зданий.

dom_kyiv

Фото: Дом со Змеями по ул. Большой Житомирской

— А на сегодняшний день эти основания — обнулены?

— Да, по многим параметрам. По многим – сохранены, по многим – например, департамент культуры отвечает одно, а когда начинаешь смотреть полномочия этого департамента, оказывается, у него, чтобы принять решение, они есть, но департамент как бы о них «подзабыл». И еще это связано с тем, что немало осовремененных чиновников считают, что многие вещи можно делать без согласования с городом. В этом отношении существует какой-то принципиальный… игнор с их стороны. Они выработали в себе внутреннее основание, ценностное, для того, чтобы сознательно игнорировать мнение общественности города. Например, можно собрать интервью руководителя департамента культуры, и там четко видна ее позиция, которую она пытается обосновать. Которая ни на секунду не отвечает ни этике госслужащего, ни этике городского чиновника, который, в принципе, является сервисом городским… Не учитывается то, что должна быть обратная связь. И это уже преподносят как определенную идеологию, как сознательное поведение. Чиновники формируют другую культуру! В которой они обосновывают свое контротношение к городу. Это – и правовой нигилизм, и бизнес.

— Это повсюду так, или только Киеву сейчас «везет»?

— В других странах, например, в Чехии, Польше создаются условия, чтобы от реставрации, от культурного наследия можно было получать выгоду. В Чехии ты можешь купить замок за символическую сумму, но ты обязан потом отреставрировать это здание в соответствии со всеми нормативами и правилами реставрации. То есть, тебе даром его отдают, чтобы ты этим занялся.

— А у нас такой подход, что считают, будто бы проще снести старое здание и построить на его месте небоскреб?

— У нас в Украине, я вот знаю, на Закарпатье, когда речь шла об одном замке, человек с огромным трудом получил это здание в 10-летнюю аренду. И это было, скорее, против системы, чем благодаря. Хотя замок попросту разрушался. У нас такое делается вопреки, во многих странах это делается с поддержкой государства.

— Не намеренно ли у нас так обставляют дела?

— Естественно.

— Почему?

— Причины: коммерческий интерес и культурная необразованность. Мы не знаем города, не знаем истории, не понимаем культурного значения…

— Это у тех людей, которые у власти, недостаточное понятие о культуре, об истории?

— Не только у них. Если бы только у них, киевляне массово защищали свое культурное наследие. Но киевляне – это люди, которые приехали в город в 17 году, потом – в 45-ом, потом огромное количество людей переезжало… В столице – много приезжих, и люди не задумываются о культурной ценности каких-то зданий, о последствиях их сноса для обычных горожан… Да и целые поколения киевлян не знают истории своего города, не сумели сохранить традиции. И это тоже проблема, с которой нужно работать: через исторические акции в городе, экскурсионные программы, образование. Это тоже задачи общественных организаций, которые защищают город от незаконных застроек. 

— А с общественными слушаниями что? Зачем их теперь не проводят?

— Слушания — обязательная часть городских изменений — были очень неудобны и застройщикам, и даже властям, поскольку, зачастую, горожане резко против явно вредных решений, а даже полезные изменения нужно обосновывать для города и уговаривать жителей. Одно время городские слушания фальсифицировались – проводились скрыто, в неудобное для обывателя время — рабочее, а то и вовсе наполнялось фейковыми гражданами. Однако подобные махинации часто всплывали наружу, и тогда уже было очевидно наличие стороны, заинтересованной в незаконной или несогласованной стройке. Куда проще изъять из законодательных актов положение об обязательности общественных слушаний!

Интервью: Полина Аксёнова,
журналист

comments powered by HyperComments
Прочитать еще
Тинкорр в соцсетях
Напечатай и нажми Enter для поиска

© 2010-2017, ContentLab. Все права защищены. Использование любых материалов, размещённых на сайте TEENСORR, разрешается при условии ссылки на teencorr.com.ua. Для интернет-изданий обязательна прямая открытая для поисковых систем гиперссылка на http://teencorr.com.ua. Ссылка должна быть размещена в независимости от полного либо частичного использования материалов. Гиперссылка (для интернет- изданий) – должна быть размещена в подзаголовке или в первом абзаце материала.

Перейти к верхней панели